Вячеслав ЗАЙЦЕВ: Когда играют сборные России и Италии, болею за «Манчестер Юнайтед»

Наследник Вячеслава Платонова - о своем наставнике, современном волейболе и болельщицких пристрастиях

На проходящем в Академии Платонова Мемориале Вячеслава Платонова завершились матчи группового турнира. Еще до начала соревнований корреспондент «Спорт уик-энда» побеседовал с олимпийским чемпионом Вячеславом Зайцевым, игравшим за «Автомобилист» и сборную СССР под руководством Платонова. В родной город Зайцев приехал в качестве тренера «Белогорья». В Белгороде он работает с молодыми связующими - игроками своего самого важного в волейболе амплуа.
- Каким вам запомнился Вячеслав Алексеевич Платонов?
- Он вылепил из меня волейболиста, а я считал Платонова своим вторым отцом. Когда Вячеслав Алексеевич завершал карьеру игрока, то подарил мне, тогда 17-летнему пацану, свою майку. Платонов обладал уникальным даром вести игру. Он прекрасно понимал волейбол и внес в его развитие много нового. Мне выпала честь быть проводником его идей на площадке.
- Сейчас много говорят о наследии Платонова и умении правильно его использовать…
- Современный волейбол заметно отличается от того, который проповедовал в сборной СССР Вячеслав Алексеевич. В «Автомобилисте» ему было трудно реализовать свои во многом новаторские идеи. По подбору игроков ленинградская команда не могла тягаться с ЦСКА. Сборную Платонов принял после Юрия Чеснокова. Мы старались играть в силовой волейбол, делали ставку на блок и быстрые атаки, но меньше отрабатывали в защите. Любой игрок сборной СССР мог взять инициативу на себя. В современном волейболе, как правило, делают ставку на одного-двух лидеров. Три таких игрока уже делают команду непобедимой. Говоря о Платонове, не могу не отметить: он не был тираном и не гробил игроков. Напротив, позволял проявить свои лучшие качества. Хотя большинство комбинаций придумывал сам Вячеслав Алексеевич, он советовался со мной.
- В свое время Владимир Петрович Кондрашин пытался переманить вас в баскетбол, видя в Зайцеве разыгрывающего сборной СССР. Какие аргументы приводил Платонов, чтобы удержать своего будущего преемника на волейбольной площадке?
- Моя жизнь начиналась на воспетой Александром Розенбаумом улице Марата. Мы с ним жили по соседству. Рядом был зал, где тренировались баскетболисты, а летом все юные спартаковцы выезжали в спортивный лагерь. Там подружился с Александром Беловым. В ту пору не было столь жесткой специализации к десяти годам. Мы были разносторонне развитыми игровиками. Меня и в футбольное «Динамо» приглашали после того, как сборная нашего спортивного лагеря обыграла юных динамовцев. Даже не помню, что говорил Платонов, но он убедил меня остаться в волейболе.
- В один из самых тяжелых периодов своей жизни Платонов дал интервью, озаглавленное: «Чаще всего предают любимые ученики». Это ведь в ваш адрес было сказано…
- Уже много лет мне приходится объясняться. Вступать в полемику и доказывать, кто прав, кто виноват, не собираюсь. Ко мне Платонов относился с уважением, я, как уже подчеркивал, считал его вторым отцом. Только всегда рядом с успешными людьми находятся менее успешные, которые стараются вбить клин.
- Вы входите в тренерский штаб «Белогорья» и работаете только с молодыми связующими. Нужно ли в современном волейболе разделение полномочий среди представителей тренерского штаба?
- Подход к тренировочному процессу со времен Платонова изменился. Он в одном лице был и тренером игроков всех амплуа, и психологом, и организатором, добывавшим разнооб­разные блага для волейболистов. Я не сторонник копирования зарубежного опыта. В 70-80-е годы все учились у нас, а сейчас мы приглашаем сербов и итальянцев, считая, что там тренерская школа превзошла нашу. Мне очень импонирует Туомас Саммельвуо, и хотелось бы, чтобы финский специалист стал представителем российской тренерской школы. Главное, чтобы ему палки в колеса не вставляли.
- Видите сейчас в российском волейболе связующего вашего уровня?
- Пусть это прозвучит нескромно, но нет.
- Почему у вашего сына, приехавшего играть за московское «Динамо» после успешных выступлений в итальянской Серии А, не сложилось в Суперлиге?
- Он приехал в Москву после тяжелой травмы, а времени на восстановление Ивану не дали. От легионера всегда требуют максимальной отдачи.
- Имея возможность играть как за Италию, так и за Россию, он сам выбрал «Скуадру адзурру»?
- Иван вырос в Италии. Одно время работал с ним, хотел вырастить связующего. Когда я уехал, из сына сделали нападающего. Долго бесился, но у Ивана всё сложилось. Итальянские тренеры нашли к нему подход. В сборной на чемпионате мир он дебютировал в 2010 году, когда команду тренировал Андреа Анастази. Турнир тогда как раз в Италии проходил. Мы разговорились с Андреа и Анастази неожиданно стал жаловаться: «Иван меня достал! Каждый день просит, чтобы я с ним индивидуально занимался». Это, наверное, особенность российского менталитета. Свой выбор Иван сделал сам. Возвращаясь в Россию, звал его с собой. Он сказал: «Я родился в Италии, многому здесь научился и хочу играть за «Скуадру адзурру». Крыть было нечем.
- Переезд в Россию в его планы не входит?
- У него в сентябре третий ребенок в семье появится, а у меня - пятый внук! Волейбольную карьеру Иван тоже продолжает в Италии.
- Если в финале чемпионата Европы будут играть сборные России и Италии, за кого будете болеть?
- За «Манчестер Юнайтед».
Борис ХОДОРОВСКИЙ.

©2019 Спорт уик-энд.