КАРАДЕНИЗ: Я столкнулся и с предательством, и с неблагодарностью людей. Когда я заканчивал карьеру в «Рубине», там все плакали - в Трабзоне такого не было бы

- Считаете ли вы, что на родине о вас быстро позабыли после того, как вы перешли в «Рубин»? – вопрос журналистов турецких СМИ Гекденизу Караденизу, который впервые за долгое время пообщался с ними.
- Да, я думаю, что был в тени все эти годы. Но это в прошлом. Я дольше всех турецких футболистов играл за рубежом. И добивался серьезных успехов, выигрывал трофеи. В Турции об этом должны были говорить.
- Турецкие СМИ несправедливо обделили вас вниманием?
- Я находился в другой стране, в связи с этим возникали проблемы с коммуникацией. К примеру, в России этой весной был сыгран мой прощальный матч за «Рубин». Ни с кем раньше так не прощались, как со мной. Клуб, за который я выступал много лет, организовал для меня подобную историю. И в музее «Рубина» теперь висит майка с моей фамилией. Для России я прежде всего турецкий футболист и только потом уже Гекдениз. Я здесь представлял Турцию. Все, чего я добился в России, касается и турецкого футбола.
- Вам обидно?
- Я ушел из «Трабзонспора» как игрок, заработавший наибольшую сумму денег для своего родного клуба. Может, Абдулкадир или Юсуф (молодые звезды «Трабзонспора» - прим. редактора) заработают для клуба еще больше, не знаю. Но когда я уезжал, никто из руководителей клуба даже не приехал в аэропорт, чтобы меня проводить. Болельщиков тоже не было, правда, они могли и не знать дату моего отъезда. Таким вот непонятным вышло мое расставание с Трабзоном. Любой в моей ситуации хотел бы, чтобы ему элементарно пожелали удачи. Я ведь покидал клуб не просто как футболист. Уходя, я заработал 9 млн для родного клуба. Большая сумма по тем временам, это было 10 лет назад. Даже сейчас 9 млн – это серьезные деньги.
И еще один момент. Я объявил о завершении карьеры этой весной, но «Трабзонспор» не сделал никакого заявления по этому поводу. Я ждал хоть какого-нибудь сообщения от родного клуба. Я ведь переезжал в Россию, будучи трабзонцем, и выбрал в «Рубине» 61-й номер (номер ила Трабзон – прим. редактора). Да, мне обидно, но не настолько, чтобы придавать этому большое значение. «Трабзонспор» - это мой родной клуб. Как только меня позовут, я вернусь и буду готов ему помочь.
Я тоже был в чем-то не прав, когда покидал Трабзон. В тот момент произошло очень много событий, но обо всем я рассказать не могу. Я столкнулся и с предательством, и с неблагодарностью людей. Больше я об этом говорить не хочу. Лишь добавлю: когда я заканчивал карьеру в «Рубине», то там все плакали. Если бы это произошло в Трабзоне, такого красивого прощания не было бы. Мы, я имею в виду народ Турции, должны научиться вести себя также.
- Чем займетесь в будущем?
- Ближайшие пару лет я буду жить в России, постараюсь сформироваться как тренер. А потом уже выберу свой путь. В России ли я буду работать, в Турции ли, покажет время. Но работа на родине всегда будет входить в мои планы.
- Что вы можете рассказать о России, чего не знаем мы?
- Русские люди с виду холодные. Они не подпускают к себе кого попало. Но успешная игра и уважительное отношение к окружающим помогли мне быстро сблизиться с ними и даже стать одним из них. И еще, что мне очень нравится в русских: они не любят преувеличивать значимость тех или иных событий. Например, ты провел очень хороший матч, они скажут – провел неплохой матч. Или ты напрочь провалил игру, а они говорят – сегодня ты был плох, но уже через неделю ты можешь все исправить. А у нас в Турции стоит провести пару качественных матчей, как тут же тебя возносят до небес. Или провалил 2 матча – тебя сравняют с землей. Мы, турки, живем одним днем, и наша радость, и наша печаль сильно преувеличены.
В России такое качество, как верность, очень ценится. Для меня, иностранца, организовали невероятную церемонию прощания. Для турка. Это значит, что я заработал уважение людей. А они меня отблагодарили. А мы в Турции своих игроков так не ценим. Мы не умеем прощаться с футболистами. Ни «Трабзонспор», ни «Фенербахче», ни «Бешикташ», ни «Галатасарай». Возьмем того же Алекса – лучшего легионера «Фенера» за последние годы. Но и с ним как следует не попрощались.
- Если бы вы остались в Турции, то, как бы сложилась ваша карьера, как думаете?
- В Турции я бы, наверное, завершил карьеру в 33-34 года. После 3-4 неудачных игр меня отправили бы на пенсию. Хотя есть игроки, которым удается выжить в турецких реалиях. Наши люди неблагодарны, особенно когда дело касается футбола. Мы очень быстро забываем хорошее. В Казани со мной попрощались как с легендой, а в Трабзоне– нет. «Рубин» и сейчас не хочет меня отпускать.
- Как выглядит турецкий футбол со стороны?
- Турецкий футбол деградировал за последние годы. Хотя не знаю. Мы делаем 2 шага вперед, 1 назад, скорее так. У нас сильный чемпионат. В минувшем сезоне сразу 4 команды боролись за чемпионство. И в последние 2 года регулярно появляются молодые и перспективные ребята. Многие стали уезжать в Европу. Но в предыдущие годы с точки зрения результатов и работы с молодежью турецкий футбол испытывал серьезные проблемы. В любом случае сборная должна была попадать на чемпионате мира. Может, с Мирчей Луческу удастся совершить прорыв. Но для этого необходимо набраться терпения, - цитирует Карадениза «Советский спорт».

©2019 Спорт уик-энд.